- Так некуда было прыгать, - объяснил Игорь, - сверху уже голова ее была, над самым фонарем торчала. Не нырни я, мы бы этой Тортилле шею, как пить дать, укоротили. А очень не хотелось. Шейка-то метров десять - шутка ли, черепаха, может, ее всю жизнь растила...

- Погоди, погоди, - остановил вдруг эколога Чекерс. - Какой длины шея была, говоришь?

- Метров десять. А то и двенадцать.

- А голова где торчала? Над фонарем?

- Над ним самым, - с готовностью подтвердил Игорь.

- Но тогда получается, - до шепота снизил голос Чекерс, - что ты вел дисколет на высоте десяти метров над уровнем моря.

- Ну, вел... - с некоторой, не очень большой, долей смущения признал Игорь.

- А кто тебе позволил?! - вновь закипел пилот. - Как ты посмел рисковать всей экспедицией, кораблем, нашими жизнями, в конце концов?!

- Да хватит тебе, - разозлился, в свою очередь, Краснов. - Подумаешь авария какая! Ничего с нами не случилось.

- Как - ничего? А винты? Пропеллерный люк не закрывается.

- Починю я твои винты, не волнуйся. Собственноручно починю.

- Где, интересно? Уж не под водой ли?

- Могу и под водой. Тут неглубоко. Метров шестьдесят.

- Это чистая случайность, что здесь мелко. А будь тут три-четыре километра... - уже остывая, по инерции продолжал Чекерс. Во время перепалки с экологом он успел просканировать основные узлы и убедился, что никаких серьезных повреждений дисколет не получил.

- Хоть тридцать четыре! Тебе не хуже меня известно, Боб, что дисколет выдерживает практически любое давление, ему все равно откуда стартовать с орбитальной станции, поверхности планеты или дна морского. Врубай реактивную тягу и газуй.

- Газуй! Быстрый какой. Ты расход горючего на старт в жидкой среде посчитай. А нам еще на Кайонегро лететь.