Когда от передозировки умерли Валерка и Генка, мне стало жутко. Их скрюченные тела покидали в труповозку, словно мешки с картошкой, и увезли в неизвестном направлении. Думаете, проводилось следствие? Черта с два! Кому нужны брошенные щенки?

За дверью послышалось шарканье рваных тапочек. Это означало одно - баба Нюша ушла к себе в комнату, не дождавшись от меня ответной реакции.

"Когда все это закончиться?" - я закусила губу.

Прозвенел будильник, радостно сообщая, что пора вставать на работу.

- Не угадал, родной, уже давно никто не спит.

Старенький потертый халат лежал на стуле, стоящем рядом с кроватью. Добра у меня не много - шкаф, кровать, старый раздолбанный стол и единственный стул. Оглядев свое скромное жилище, я в очередной раз подумала, что неплохо бы переклеить обои.

Эти, старые и засаленные, местами выцветшие, начали лопаться в швах и расходиться. Только вот где денег на ремонт взять? Если только занять, или кредит оформить. Но отдавать все равно придется, а чем? Мне на еду и одежду еле-еле хватает.

Приоткрыв дверь и оглядев коридор, я прошмыгнула в туалет. Очень не хотелось пересекаться с Нюшкой. Проскочить в ванную незамеченной мне тоже удалось, зато на кухне поджидала засада. Бабка решила не упускать момента и обрушилась на меня по полной программе. Первым делом она перекрыла мне путь к отступлению своим необъятным задом.

- Ты, блядь, у меня докуришься! - начала она свой монолог, - Я тя живо научу Родину любить. Не было печали, подселили прошмандовку! Сдам вот тебя в милицию, они там уж найдут тебе применение…

Молча налив в стакан кипятка и опустив в него пакетик с заваркой, я с невозмутимым видом продолжала готовить себе завтрак. А Нюшка не унималась:

- Жила себе - бед не знала, подселили на мою голову дуру безродную, подкидыша.