— Найдётся! — Кирилл вытащил блокнотик из кармана гимнастёрки. — И карандаш при мне.

— Записывайте… Я продиктую все минимально необходимые воздействия,

— Да, — твёрдо сказал Кирилл.

— Обещаете?..

— Слово офицера!

Фанас успокоился, улыбнулся, расслабленно откидываясь на подушки.

— Записывайте, — повторил он. — «27.09.17. 9 часов 20 минут. Петроград, Фурштатская, дом 13. Приклеить на дверь объявление: „Павел, вспомните Ревель!“».

Авинов сперва записал, а потом спросил, не скрывая своего недоумения:

— Простите, а… зачем?

— Павел Валнога, — вымолвил гость из будущего, облизав почерневшие губы, — служил мичманом на линкоре «Петропавловск». Напоминание о Ревеле изменит ближайшие планы Валноги, помешает ему… как это у вас говорят… спиться. Убережёт его от ненужных встреч, приведёт к генералу Юденичу… Мичман поможет ему набрать экипажи из матросов, не подцепивших «красной заразы», и генерал угонит четыре новейших линкора из гавани Гельсингфорса, призвав под свою руку гвардейцев из Преображенского, Измайловского, Семёновского полков, а также адмиралов Григоровича, Трубецкого, Эбергарда… Они обойдут всю Европу и ударят с юга по Дарданеллам, когда адмирал Колчак будет штурмовать Босфор… Теперь вы понимаете?

Кирилл сглотнул всухую и кивнул. В голове было пусто, зато в сердце разгоралась бешеная радость: «Мы победим! Победим! Вот вам всем! АГА!»

— Пишите дальше, корниловец… «27.09.17. 10 часов 37 минут. Петроград, Екатерининский канал. Положить кирпич на Львином мостике, примерно посерёдке, ближе к фонарю слева, если смотреть от Малой Подьяческой…» Что? — слабо усмехнулся Фанас, — объяснить?

— Ну-у… — затянул корниловец.

Гость кивнул, утёр пот с лица вялой ладонью.

— Без двадцати одиннадцать, — заговорил он, — по мостику пройдёт ротмистр Щукин. В него выстрелят из винтовки, но промахнутся — ротмистр в этот момент заденет ногой за кирпич. Упав, он выпалит из «маузера» — и попадёт.