Она встала.

- А какое тебе, собственно, было дело до этого постоялого двора? Я слышал, что ты в своей жизни видишь только стервятников.

- Ну почему же? Иногда и солдат. К сожалению, не всегда сообразительных. "Приют" - единственный постоялый двор в этих краях, более того - единственный на всем тракте, не считая тех, что в городах. Я ночевала в нем пару раз, и, может быть, мне просто хочется, чтобы такая возможность была и впредь.

- Ну хоть какая-то причина! - согласился комендант. - И все же, госпожа, я с удовольствием приказал бы тебя задержать. Как случилось, что Громбелард так долго ничего о тебе не слышал?

- Я путешествовала.

В дверях она на мгновение остановилась.

- Знаешь, - кинула она напоследок, - а может, я вас просто люблю? Все имперское войско? Возможно, ты слышал, что я сама служила?

Она вышла. Комендант чуть приподнял брови.

- Знаешь, - сказал он, - а может, и хорошо, что ты вернулась? Громбелард без легенд - это один ветер да слякоть.

Возле рынка она нашла сносную гостиницу, правда довольно дорогую. Впрочем, золота у нее хватало. Она во многом могла упрекнуть своего бывшего мужа, но уж никак не в скупости. Он дал ей тысячу слитков золота и жеребца. Если бы она потребовала, дал бы в десять раз больше. Золота он не жалел.

"Ты еще вернешься", - презрительно бросил он.

Она приняла золото и коня как должное.

"Это плата за услуги, которые я тебе оказывала, - сказала она. - Не слишком дорого, правда?"

Кровь прилила к его лицу. Таким она его и запомнила.

Каренира наелась досыта. В зале сидели солдаты. На этот раз настоящие трезвые и вежливые. Конечно, они пытались расспрашивать, кто она, откуда и куда направляется. Так уж сложилось, что в Громбеларде солдаты были весьма дотошны. Особенно к одиноким вооруженным путникам. Ну а женщина при оружии хоть и не была во Второй Провинции чем-то особенно необычным, но все же вызывала определенное любопытство.