Быстро разъяснилось недоумение Грэм по поводу отсутствия в поле зрения четвертого члена отряда, которого при нем упоминали, но который не попался ему на глаза. С медейцами путешествовала еще одна девушка по имени Корделия, но ее ранили в той самой стычке с касотцами, о которой упоминала Ванда, и она отлеживалась в палатке. Рана была несерьезной, и вся компания надеялась уже через три-четыре дня продолжить путь.

Когда Грэм увидел раненую, он очень удивился, как она вообще не умерла от переутомления в первый же день путешествия. Тоненькая, хрупкая и почти прозрачная, с большими голубыми глазами и светлыми волосами, она казалась не жителем земли, а бесплотным духом. Особенно рядом со своей подружкой, девушкой отнюдь не худосочной и вполне крепкой. Лицо у Корделии было необычно серьезное, а глаза — грустные. Грэм попытался представить себе этого духа в гуще схватки, и не смог, воображение отказывало. Да, четверка медейцев остро нуждалась в хотя бы еще одном воине. Просто чудо, что они вообще ушли от касотцев живыми. Четверка, в которой один из парней едва знал, с какой стороны браться за меч, а обе девушки не вышли еще из детского возраста, была обречена на гибель в Долине Северных Ветров, кишевшей касотцами.

Медейцы просто напрашивалась на неприятности. Из всех четверых приспособленным к жизни среди дикой природы казался один лишь Ив, молчаливый, с резкими и уверенными движениями. Девушки, Грэм был готов поклясться, не провели ни одной ночи под открытым небом до того дня, как пустились в путешествие, и вообще были избалованы лаской и заботой. Что касается Оге, он то ли действительно был «лопухом», как его назвала Ванда, то ли мастерски притворялся.

Понаблюдав своих новых знакомых пару часов и проникнувшись к ним стойкой симпатией, Грэм твердо решил, что просто так от него они не избавятся. Им позарез нужен был человек, не такой наивный, как они, и кое-что соображающий в жизни.