- Мы должны лишить ребенка жизни, - вымолвил один из наблюдателей, как только туман исчез, потонув в черном обсидиане. На камне остались блеклые силуэты принца и свиты.
- Его стерегут, - ответил второй.
- Наш долг хотя бы попытаться. Иначе жизни лишится весь мир.
Главный из смотревших повернулся к остальным. Все замерли в тяжелом молчании.
- Мудрый помышляет не только о разрушении. - Говорила глубоким и сильным голосом женщина. - На этом пути достаточно развалин. Руин наших крепостей, надежд и Тьмы.
- Что же тогда? - спросил тот, кто заговорил сначала. Он нервно пожал плечами, и отражения свечей сверкнули в его белых волосах.
- Как Враг отвращает верных от Тропы Света в Бездну, так и неверующим можно помочь отступить от лжи, дабы могли они лицезреть Покои Света. Сила, данная несмышленому ребенку, должна быть повержена нашей Силой.
- У нас преимущество, - сказал второй. - Мы знаем о существовании наших противников. Они о нашем - нет.
- Или мы думаем, что нет, - бросил первый. Непреклонный, он опустился на свое место. Человек действия, не привыкший молчать.
- Вверим себя Владычице, - сказала женщина.
Все согласно кивнули. Их освещало мерцание свечей, огоньки которых отражались от поверхности обсидианового алтаря. В небе светились звезды и круглый диск луны. Огромные тени окружали их. Ветер свистел в пустых пространствах зданий, не видимых глазу, но ощущаемых всеми. Последние остатки великой империи, давно преданной огню и мечу, крови и магии... Полуразрушенный город обрывался у берега моря, словно срезанный ножом. Прибой гневно шипел, откатываясь от развалин. Песчаные вихри, похожие на языки ночных тварей, поднятые порывами ветра, шевелили полы мантий сидевших.