- Называйте меня Накором. Когда-то я носил прозвище Синего Наездника, но моя лошадь пала. - Он хотел еще что-то добавить, но в это мгновение взгляд его упал на лицо Николаса. Накор умолк и смотрел на него так долго и пристально, что принцу стало не по себе. Бесцеремонный гость снова усмехнулся и обратился к Аруте: - А вот этот уродился в вас, тут уж ничего не скажешь!

К этому времени принц Крондорский успел уже прийти в себя от растерянности, вызванной неожиданным появлением двоих путников и странным поведением одного из них. Он строго взглянул на коротышку и обратился на сей раз непосредственно к нему:

- Могу ли я все же узнать, что привело вас сюда? Мы все искренне вам рады, ведь вы оказали неоценимую услугу как сыну моему, так и нашей державе. И все же... С тех пор ведь прошло девять долгих лет... - Он выразительно умолк, ожидая ответа и, поскольку Накор упрямо молчал, говорить снова пришлось Гуде:

- Праведные небеса, я так желал бы ответить на ваш вопрос, ваше высочество, но не могу этого сделать! - пожаловался бывший наемный солдат. - Вот уж месяц, как я пытаюсь вызнать у этого безумца, зачем он все это затеял, но в ответ слышу от него только одно, что ему и мне надобно добраться до Крондора и повидаться с вашим высочеством, а потом снова отправиться в путь. - Накор опять погрузился в размышления, уставив рассеянный взгляд на один из канделябров с множеством горевших в нем свечей. Лицо его приняло мечтательное выражение, по губам скользнула улыбка. Он склонил голову набок и сощурил свои и без того узкие глаза. Гуда, вконец смешавшись, вполголоса добавил: - Вы уж простите нас, ваше высочество. Не надо мне было его слушать. И незачем нам было сюда приходить.

Арута немедленно пришел на выручку вконец расстроенному вояке, попавшему по вине своего спутника в крайне неловкое положение и тяготившемуся этим, и со свойственной ему любезностью решительно возразил:

- Что вы, друг мой, это я готов просить у вас прощения за то, что доставил вам неудовольствие своими настойчивыми расспросами. - Он мысленно упрекнул себя в том, что, пренебрегая правилами гостеприимства, до сих пор не предложил усталым путникам поесть и отдохнуть с дороги. - Всему свое время, и о целях вашего визита вы, если пожелаете, поведаете мне поутру. А пока я велю приготовить вам постели и воду для мытья, а также свежее платье.