Гуда вытянулся по стойке "смирно" и молча кивнул, не будучи уверен в том, какими именно словами следует благодарить особу королевской крови за подобное любезное предложение. Тут принц перехватил его голодный взгляд, брошенный на тарелки и блюда с разнообразными яствами, и поспешно добавил:

- Но сперва прошу вас обоих к столу. - И он указал на два свободных стула подле маршала Уильяма.

Слова эти вмиг вывели Накора из его созерцательного оцепенения, и коротышка проворно засеменил к одному из незанятых мест за богатым столом. Лишь только слуги наполнили его тарелку мясом и овощами, он с завидным аппетитом принялся за угощение.

Гуда по-прежнему держался скованно. Он явно чувствовал себя неловко за одним столом с вельможами столь высокого ранга и поначалу боялся даже притронуться к еде, чтобы не допустить какую-нибудь оплошность, но вскоре голод взял свое, и бывший трактирщик стал торопливо насыщаться, уверенно орудуя ножом и вилкой, а порой обходясь и без них.

Амос произнес несколько фраз на каком-то непонятном языке, и Гуда с улыбкой кивнул ему.

- Шутка ваша позабавит хоть кого, - одобрительно сказал он на языке Королевства, - но не всякий ее поймет из-за вашего акцента.

Амос развел руками.

- А я-то думал, что не разучился говорить по-исалански. Но ведь с тех пор, как мне довелось в последний раз побывать в Шинг-Лае, прошло три десятка лет. - Он вздохнул, улыбнулся бывшему воину и вернулся к прерванному разговору с принцессой Алисией.

Арута больше не притрагивался к еде. С лица его не сходило выражение озабоченности и тревоги, ибо он предчувствовал, что неожиданный визит этих двух в высшей степени странных людей, в прошлом - спутников его сына, был предвестником неумолимо надвигавшейся неведомой, но грозной опасности.