Взорвался, пожалуй, "Вашингтон", у него как раз подходящая масса... И если так, то Мартин Диас, капитан Военно-Космического Корпуса Соединенных Штатов, мог считать себя мертвецом. Другие корабли слишком далеко, их разведботам не обнаружить его никогда.

С другой стороны, Диас почти ничего не знал о дислокации вражеского флота. Перед катастрофой голова его была забита лишь инструкциями по запуску торпед. Но ведь можно же предположить, что взорвался вражеский дредноут, и значит, атаковали его с "Вашингтона", и скоро здесь будут шлюпки...

Есть!

Диас всмотрелся пристальнее и на какое-то время оцепенел. Разгоняемый полосой огня, черный штрих перечеркнул тающее облако. Крылья и обтекаемая форма напомнили ему марлина, сияющего под солнцем голубым блеском марлина, которого он поймал когда-то во Флориде... Сигнальная ракета сама оказалась в руках, он нажал воспламенитель. И стал свет.

Всего-то и надо было - внимательно осмотреться, подумал он и рассмеялся нервно. Так они пересмеивались с Берни Стернталом на занятиях по психологии, к которой относились с традиционной для слушателей Академии непочтительностью. Три года назад Берни не вернулся с Ганимеда; а сейчас сам Диас задыхался от волнения, и ноздри ему забил запах собственного пота.

Освещаемый жестким светом ракеты, он склонился к передатчику. Пальцы, неловкие в грубых перчатках скафандра, отрегулировали уровень, поставили переключатель на "SOS". Если бы он заранее приготовился и будь это физически возможно - изменить несущую частоту, - шлюпка смогла бы его запеленговать. Корпус бы его не бросил.

Ракета потухла.

Поверхность плота заслоняла от Диаса солнце, но толпящиеся со всех сторон звезды давали вполне достаточно рассеянного света. По горлу словно прошли наждаком, и он позволил себе сделать глоток из своей единственной фляжки с водой. С остальным было лучше: несколько баллонов воздуха, кислородный регенератор и до смешного большой пакет НЗ.