Однако вокруг кандидатуры и разгорелся нешуточный скандал. — Мой отец и покойный гофмаршал поддержали первого королевского министра и по совместительству казначея. Как его?.. — задумался рассказчик. — Вертится, вот…

— Габс, — подсказал Андрей.

— Точно… — граф дернул себя за ухо. — Этот Габс, по слухам, был страшный скряга, но чрезвычайно предан тому королю.

Андрей, которому местоимение «тот» резало ухо, не выдержал: — Если вы, сударь, запамятовали, того короля, который, как вы сами говорите, сделал немало хорошего, звали Андреас, — отрезал он. — Я могу понять тех, кто вынужден избегать упоминания под страхом наказания, но вы можете себе позволить не обращать внимания на угрозы.

— Привычка, — смутился Гордье. — Все верно, к тому же, именно этот Андреас пожаловал моего отца титулом и замком…

Так вот, как неоднократно говаривал мой батюшка, Габс был хороший казначей, но оказался из рук вон никудышным королем. Он все время сомневался, никак не решаясь принять единственное решение. То ему не давала покоя слава правителя Свабии и он начинал раздавать налево и направо громадные кредиты, то он вводил режим экономии и начинал раздавать титулы, установив за них громадные цены… Старые дворяне насмерть обиделись на него, из-за этого, а новые невзлюбили именно за величину этой платы. А кроме того, внезапно скончался старый фельдмаршал. Граф Гор, мой отец, справедливо полагал, что этот пост будет передан ему, как самому верному помощнику короля Андреаса. Увы, Габса подвела жадность. Ему предложили невероятную сумму, и он не устоял, назначил командующим армией кого-то из дальних родственников графа Алексы.

Масла в огонь подлил и подписанный еще королем Андреасом указ о казни заговорщиков. Почему его столько времени держали в тайне, непонятно, однако, когда полицмейстер принес его на утверждение новому правителю, Габс, занятый своими маклями, просто подмахнул, не читая.

Дворяне, которых глубоко взволновало известие о казни без суда и следствия, начали глухо роптать.