Конан молчал и не шевелился, лихорадочно соображая, что предпринять. Ясное дело, это не стражник: ни один королевский солдат не стал бы прятаться и угрожать оружием неизвестно зачем. Поднял бы тревогу, сбежались бы его соратники, и все дела. Может быть, ночной сторож, которого предусмотрительно оставил Хамар? Но Зурремс ничего об этом варианте не говорил…

– Пожалуйста, не стреляй,- проговорил Конан как можно более испуганным голосом и тихонько взял кинжал за холодящее ладонь лезвие.-Я без оружия. Я здесь случайно.

Таинственный незнакомец хмыкнул.

– Ага, так я тебе и поверил. Случайно набрел на лавку купца, случайно залез в тайник, а денежки сами собой прыгнули тебе в суму, да?

Киммериец ухмыльнулся. Незнакомец оказался излишне болтливым, и по звуку его голоса Конан точно определил, где он прячется – именно слева, около мешков с крупой.

– Добрый господин, я никого не хотел грабить…- плаксиво продолжал Конан и немного развернулся влево.- Я голоден, а денег у меня нет…- Поднялась рука с зажатым в ней кинжалом, нацелилась в ту сторону, где, окутанные мглой, стояли мешки,- Я собирался взять немного крупы и муки…- В замахе он отвел руку за голову.- У меня жена больна, дети три дня не ели… Пожалуйста, не стреляй, добрый…- Он задержал дыхание. Пущенный могучей рукой, кинжал незримой молнией метнулся вперед, в темноту, и, судя по звуку, вонзился во что-то мягкое.-…господин,- закончил Конан на выдохе и прислушался.

Надо понимать, остро отточенная сталь достигла цели… но шума упавшего тела отчего-то не последовало. Киммериец, нахмурившись, некоторое время не шевелился.

– А теперь, когда ты лишился своего ножика,- послышался все тот же спокойный голос,- зажги свечку, и очень медленно встань. И руки держи так, чтобы я их видел.