— Вам не кажется, что мы слишком много выпили для этого? — незнакомец кивнул на стойку, на которой за несколько минут выстроился целый ряд пустых стопок из-под текилы.

— Тогда сегодня вы могли бы проводить меня домой, а завтра я бы составила вам компанию в тир, — предложила девушка. — Если вы, конечно, будете пребывать в том же кровожадном состоянии.

— А вы потом не пожалеете, что не пристрелили меня сегодня? — насмешливо спросил он.

— Пристрелить вас никогда не поздно, — ответила на его выпад Рене.

Мгновение незнакомец колебался, потом бросил взгляд на телефон, швырнул его на стойку и протянул ей руку:

— Эрик, — представился он.

— Ронни, — ответила рукопожатием она.

— Ну что там у наших голубков? — Эдди кивнул коротышке, позволяя присесть.

— Хорошая новость! Он переехал в ее квартиру.

— Не прошло и двух недель, — удовлетворенно отметил Парадо. — Ботаник старается.

— Вообще-то девица сама из кожи вон лезла, чтобы его соблазнить, — ухмыльнулся коротышка.

— Надо же, как ее припекло… — удивился Эдди. — Что ж, нам это только на руку.

Отпустив соглядатая, он задумался. Рене никого не подпускала к себе близко. Перед заказчиками она появлялась в шляпе и в маске, закрывающей лицо, при разговоре использовала искажатель голоса — и не разберешь, толи мужчина, толи женщина. Неестественно белая, с черными ниточками бровей и ярко-красным, словно кровоточащим ртом, эта маска, должно быть, становилась последним, что видели ее жертвы. Чтобы раскрыть ее инкогнито, у Парадо ушло почти полгода. Парень, который ее вычислил, прожил всего несколько часов после своего триумфа. Но прежде, чем исчезнуть навсегда, он успел переслать ее фотографию боссу.

Парадо пробовал следить за ней, но шестеро его лучших детективов пропали без следа, а он ни на шаг не приблизился к разгадке тайны. Ему необходимо было припереть эту тварь к стенке, чтобы узнать, где лежат останки его бедного брата, с которым она хладнокровно разделалась, а потом раздавить ее, как букашку, посмевшую перейти ему дорогу.