Эд Фанч зло посмотрел на свой пострадавший палец, правой рукой выдвинул ящик рабочего стола и стал шарить в поисках аптечки с пластырем. Именно поэтому он не услышал мягко приблизившихся сзади шагов и почувствовал присутствие за своей спиной, только когда человек уже стоял рядом.
Френсис Миллер, начальник сортировочного отделения, любил ходить тихо и говорить вкрадчиво, отчего казался большим жирным котом, оказавшимся в подполе, полном мышей. Сейчас это сходство с котом особенно бросалось в глаза, и Эд внутренне сжался. Ожидая какой-нибудь пакости. Однако кровожадного выражения на лице Миллера не появилось ─ наоборот, на нем отразилась преувеличенная забота.
─ Эд, у вас все в порядке? ─ спросил он, и от его голоса Фанчу стало еще страшнее. Наверное, таким тоном кот должен справляться у предназначенной ему на завтрак мыши, не ломи ли у нее хвост.
─ Да вот, ─ почему-то смутился Эд, ─ палец порезал.
И досадуя на себя за эту неловкость и за постоянное ощущение страха, будто он и в самом деле был мышью, а Миллер ─ котом, Фанч зло добавил:
─ Кровь идет…
Миллер преувеличенно внимательно осмотрел представленный ему на обозрение палец и тоном медика произнес:
─ Ничего, это всего лишь порез от бумаги. Послушай, Эд, мне надо с тобой побеседовать.
Эд пожал плечами, отключил сортировочную машину ─ белая река конвертов в лотке сразу же замерла ─ и двинулся вслед за Миллером в его кабинет.
Прежде чем начать разговор, Миллер предложил чаю ─ это был обычный ритуал. Потом он отошел к окну и, отвернувшись, поглядел на улицу. С этой стороны вдоль дома была зарастающая аллея. По длинной костлявой ветке старого тополя, протянувшейся до самого стекла, прыгала какая-то пичуга. Эд сжался на самом краю кожаного кресла, машинально брякая ложечкой в чашке с чаем и готовясь к самому худшему.
Наконец Миллер, похоже, решил, что разговор можно начинать, оторвался от созерцания птицы и повернулся к Эду. Улыбка на лице его стала слегка виноватой. А может быть, Эду только казалось, что улыбка кота, виноватого перед мышью, должна быть именно такой.