– Все всё знали, – прошипел Перси. – Вот только мы теперь не знаем, как жить дальше.

– Да, ситуация гадкая, – с легкостью согласился Загребайло. – Но я должен сказать вам, ребята, что прибыл сюда в общем-то как частное лицо, то есть – в данный момент я не очень ограничен должностными инструкциями.

Перси сосредоточенно, в три заглота, потянул свой стакан и заел его арбузом. Лицо моего компаньона немного посветлело.

– Это внушает, – признал он. – Говорите, Вилли, хуже нам уже не будет.

– Растекаться я особо не буду, – покачал головой тот. – Штука тут такая, что Петя Фугассо заигрался окончательно, и полковник Фримен сейчас рвет и мечет. То есть инцидент с вами оказался той самой последней каплей…

– И кто-то что-то докажет? – подал голос Тхор.

– Никто и не будет, – отмахнулся Вилли. – Синьор Фугассо сорвал недавно серьезнейшую операцию, в которой были задействованы линейные войска, в итоге несколько ни в чем не повинных офицеров теперь имеют серьезные проблемы по карьере, и, сами понимаете, дальше уже с ним церемониться нечего. Если возникнет нужда в грубой силе, я могу хоть завтра пригласить пару человек в чине не ниже майора, которые с удовольствием оторвут нашему Пете все выступающие части тела. Но я лично – ведь вы меня знаете, – таких дел не люблю, поэтому его нужно переиграть. Учитывая ваши знакомства и связи в профессиональной среде, я предполагаю, что нам это удастся.

Я осторожно потянулся к водке и налил себе на донышко стакана, после чего Перси молча придвинул ко мне огромное блюдо с неровно нашинкованным арбузом.

– Так как вы редко приходите в гости с пустыми руками, – сказал я, – то у нас есть некоторая надежда. Впрочем, мы тоже кое-что имеем. Скажите-ка, Вилли, вам приходилось слышать о таком человеке, как Миша Осибуси?

– Майкл Осибуси? – зашевелился гиперинтендант. – И вам дали на него выход?! Так это просто великолепно! И где он теперь обретается?