— Учился в колледже?.. И на танцора! О-о-о-о-о! Ты слышал, Хи?

— Еще бы, — отвечал его брательник и начинает чмокать губами в сторону Майжука. — Не удивительно, что он такой прилизанный.

— Оставьте его в покое, ребята!

Это последнее исходит от Оссы, которая по какой-то причине сочла нужным вмешаться.

— Да ну? — фыркает Шу, переключая внимание на этот новый фронт. — И кто же это меня заставит?

— Если понадобится, я, — отрезает Осса.

— Да ну?

— Да!

— Ну, тогда почему б тебе не показать нам… У!

К тому времени я уже достаточно остыл, чтобы воспользоваться выгодностью положения, когда таковая возникает. Когда двое братьев выпячивают грудь и начинают с наглым видом наступать на Оссу, они необдуманно и грубо поворачиваются ко мне спиной. И прежде, чем они успевают приблизиться к ней, я сзади вклиниваюсь меежду ними и дружески роняю руки им на плечи.

— Извини, Осса, — с улыбкой говорю я, — но мне нужно немножко потолковать с этими ребятами наедине, пока они еще способны стоять и ходить без помощи костылей. Верно, ребята?

— У-У!.. Верно!

— Да… А-а-а-а!.. Точно!

Внезапное сотрудничество братьев Слеппней в немалой степени вызвано тем, что я небрежно вонзаю большие пальцы в ложбинки ключиц их обоих и усиливаю хватку еще на одно деление каждый раз, когда задаю им вопрос… каким бы тот ни был риторическим. Настоящая хитрость этого маневра, на случай, если вас интересуют технические-такие детали, состоит в том, чтобы не ослаблять хватку, коль скоро начал усиливать ее. То есть, надо не сжать… разжать… сжать… разжать…, а сжать… стиснуть… сдавить… раздробить… Поняли мою мысль? Так вот, если вы, возможно, развили свою хватку до того, что можете дробить ей кирпичи… как могу я… то это окажется самым убедительным подчеркиванием самой слабой логики при расхождении во мнениях.

В любом случае, возвращаясь к моей речи, я отвожу двух братьев в сторону немножко поболтать, и все под настороженным взглядом ошивающегося рядом капрала.