Придя в себя, я закашлялся. Из моих легких при каждом кашле дым вырывался невероятными клубами. Просто нереальными клубами. Фантастически большими. Да такого не бывает! Чтоб из одного меня дыма вырвалось столько, сколько вся Ямайка надует за целый год! Вскоре это закончилось, я перестал кашлять и помахал рукой возле носа, разгоняя дым. Дым исчезал на удивление быстро — видимо, на этой даче хорошая вентиляция.

Я огляделся. Собственно, это была не дача, а какой-то сарай. Неструганные доски внахлест да земляной пол, в крыше щели, сквозь щели пробиваются солнечные лучики. Я особо не удивился. После такой-то «анестезии» я запросто мог отправиться бродить в глубинах подсознания черт-те где и черт-те зачем, да и залезть в сарай. Рюкзак со мной, нога зашинирована и не болит, ребро не ноет. Все пучком. Живем, славяне!

Когда дым рассеялся окончательно, оказалось, что я здесь не один. У стены напротив, на перекошенной лавке сидела… уж не знаю кто. Посудите сами: блондинка натуральная, не крашеная, по крайней мере, мне так показалось; прическа — идеальное каре; по возрасту — моя ровесница, сидит по-военному строго и подтянуто, одета в форму. Пилотка, китель и юбка. Форма черная, с серебряными оторочками, в петлицах — скрещенные кости с черепами. На груди — орел, под орлом — крест. На рукавах — белые круги на красном фоне, в белых кругах — свастика. Блуза белая, галстук черный. Красотища! Женщины в форме всегда будоражили мое воображение, но встретить подобное чудо здесь я никак не ожидал.