Правда, брак не слишком-то удался, но надо сказать, в большей степени по моей вине, и если бы можно было все начать сначала, на что я никогда не согласилась бы, то, наверное, все устроила бы гораздо лучше. Но, так или иначе, это прошло. Бедный Джон умер двадцать лет назад — незадолго до этого мы стали жить раздельно. Дядя оставил мне кое-какие деньги, так что с тех пор, как ушла от мужа, я живу в Меллинге. Мой отец, если помнишь, был здешним пастором — так что я чувствовала себя как дома. Он прожил всего год после моего возвращения, а после его смерти я сама построила дом. Живу в кем и радуюсь! А теперь расскажи, что у тебя? Ты ведь начинала гувернанткой — так как же тебя занесло в детективы? Знаешь, я встретила Алвину Грей — свою дальнюю родственницу, — и она рассказала про тебя и про то ужасное дело об убийстве женщины с сережками… Помнишь? Так вот, прежде всего я подумала, что не может быть, чтобы это была ты, а потом она тебя описала, и я подумала, что, может, это и правда ты, послала тебе письмо — и вот ты здесь! Но ты так и не сказала, что заставило тебя взяться за все эти расследования.

Да, как годы ни изменили Сесилию, она осталась все той же болтушкой. Мисс Силвер чопорно кашлянула.

— Трудно сказать. Просто стечение обстоятельств. Мой школьный опыт очень помог мне.

— Ты должна мне все рассказать, — с энтузиазмом заключила миссис Войзи.

В этот момент ей пришлось прижать машину к краю дороги, чтобы обогнуть двух молодых людей, стоявших у ограды с противоположной стороны. Мисс Силвер с интересом посмотрела на девушку в ярко-красном наряде и высокого юношу в серых слаксах и просторном твидовом пиджаке. Девушка была необыкновенно хороша — просто чрезмерно хороша. Неожиданное явление для деревенской улочки в осенний день — в пылающей одежде, со светлыми, золотистыми волосами. Юноша казался хмурым и раздраженным.

Миссис Войзи, проезжая мимо, помахала им из окошка и объяснила:

— Это Карр Робертсон. Приехал к своей тете Рете Крей, которая его вырастила. Девушка тоже у нее живет, он ее привез, знаешь, прямо так, никого не спрашивая! По крайней мере, так говорит Катерина Уэлби, а уж она-то все знает про дела Реты. Ну и нравы нынче пошли! Интересно, что бы сказал отец, если бы один из моих братьев вошел и сказал: «А это Фэнси Белл».