- У нас еще будет время пофилософствовать, - словно отвечая на его мысли, сказал Гюисманс. - Вопи вы примете мое предложение, конечно. Мы недавно лишились врача. Вы были врачом много лет. Вот и все.

- Та-ак... Вы предлагаете мне участие в ваших грязных делишках?

- Человек всюду человек, а помощь страждущим - моральный долг врача. Делишки, говорите? Я нечувствителен к оскорблениям. Не судите да несудимы будете, ведь пути человека, как и пути господни, неисповедимы. Если мы договоримся, я надеюсь убедить вас, что наши помыслы направлены в конечном счете к благу.

Полынова передернуло.

- Нет!

- Подумайте как следует, подумайте. Нам не к спеху. Договоримся, что я не слышал сейчас вашего ответа. Подумайте и, если угодно, попробуйте, насколько приятна... остановка дыхания.

Гюисманс встал, не выпуская сигары, поклонился.

- Приятных размышлений!

Он вышел, оставив Полынова в замешательстве еще большем, чем прежде.

Но на этот раз психолог быстро собрался с мыслями.

Со стороны могло показаться, что его больше всего занимают маникюрные ножницы, которые он вертел в руках. Но это была манера Полынова сосредотачиваться: большинству для размышлений помогает сигарета, Полынову любая безделушка.

Пираты...

Он щелкнул ножницами.

Ладно, пираты. Глупо, дико, но факт. Он им нужен. Значит, есть шанс сохранить жизнь. Будет время, следовательно возможность, вступить с ними в борьбу.

Полынов удовлетворенно кивнул. Это умозаключение сомнений не вызывало.

Хорошо, но лечить бандитов? Видеть все мерзости и - молчать? Ведь не удержишься...

А если надо? Простая логическая задача. Вариант первый: снова выкрикнуть "нет!". Как просто, картинно, гордо... И совершенно бесполезно.

Вариант второй: "да". Без эмоций. "Да" - чтобы начать схватку. А если проигрыш? Жалкий конец. Но кто от этого в накладе? Никто.