— Чего это он какой-то очень нервный?! Чуть что и в обморок падает?! Первые, что нас навестили, покрепче были. А уж молниями шарахали, на раз, — разглядывая упавшего, задумчиво произнес я.

— Так те из Службы Порядка были, — сообщил, стоявший сзади, Май.

— А-а-а… Там действительно, только крепкие парни могут работать, — хмыкнул я.

Над лесом показался местный летательный аппарат пенькового вида, и приземлился на дальнем конце поляны. Двое местных жителей, выбравшись из корабля, медленно и перебежками, точнее переползаниями, двинулись в нашу сторону.

Поняв, что такими темпами они к нам еще долго добираться будут, я послал Мая и Эла им навстречу. Они о чем-то тихо переговорили, после чего шташи отошли немного назад и замерли. Ко мне подошел Май и передал просьбу хозяев — научить одного из них петь так, как я это делаю.

— За учебу еще доплатят, — восторженно прошептал он.

— Я сам не очень понимаю, что и как делаю, так что даже не знаю, смогу ли, — засомневался я.

— Это не твоя забота. Они готовы на все, и вряд ли будут в претензии, даже если что-то не получится, — отозвался Крит в моей голове.

Ну, в принципе. Деньги собираются платить немалые, почему бы и не попробовать?!

Сначала зверьки шипели и щелкали, когда Шэш, как звали будущего певца, приближался к нам ближе, чем метров на пять, но постепенно привыкли. Через неделю, он уже находился рядом с нами и малыши даже иногда перебирались к нему на плечи. Он, от восторга, чуть в обморок не падал. Но обычно тьёрты сидели у него недолго, видимо эмоции, которые тот испытывал, не нравились им.

Как только они привыкли к присутствию шташа, мы все вместе каждый вечер начинали наш концерт. Сначала все медитировали и старались достичь состояние безмыслия и умиротворенности, затем я медленно начинал петь Ом. Через некоторое время вступал Шэш, еще немного попозже Май и Элет. На меня взбирались все наши тьёрты и тоже включались в хоровое пение.