Черты лица Ричарда Цански дышали ненавистью. Смерть полковника Митчела наложилась татуировкой на его мозг, и она будет существовать всегда, как и татуировка на его волосатых руках.

- Уже несколько месяцев эти мерзавцы вмешиваются в наши дела, проворчал он. - Они берут наши доллары, наши парни теряют здесь здоровье, а когда мы даем им советы, они отвечают, что, мол, находятся у себя дома...

- У себя???

Он горько рассмеялся.

- Да нет больше Вьетнама, я это знаю, я это вижу! Нет больше ничего: ни экономики, ни администрации, никакой продукции. А они отказываются изменить расценки обмена.

- А кто эти мерзавцы?

Цански посмотрел на Малко и внезапно успокоился.

- Президент и вице-президент, - ответил он. - Они стоят друг друга. К счастью, есть один хороший парень в их правительстве. Жесткий. Тип, который не отправляется каждую неделю в Гонконг с чемоданом, набитым пиастрами, и который не плюет нам в лицо. При нем все может измениться!

Малко начал кое-что понимать. ЦРУ вело некую игру, которую оно так долго практиковало в Центральной Америке: покупка и продажа правительств всякого рода.

- Все это не очень ясно, - сказал он. - Для чего я все-таки сюда приехал?

Голубой ледяной глаз уставился в золотистые зрачки Малко, ища иронии в вопросе. Потом Ричард Цански нагнулся вперед, как будто стены имели здесь уши.

- Все очень ясно, - проговорил он. - В Сайгоне есть тип, которого зовут Ду Тук, полковник Тук. Он - генеральный директор безопасности. И он решил сбросить марионеточное правительство.

Малко тут же подумал, что номер первый ЦРУ говорит точно так, как пропагандисты Вьетконга. Странно!

- Так как он недостаточно известен, - продолжал Цански, - мы решили ему помочь, вернув из отставки генерала Тринк Ну. Это тоже хороший парень, но сам он слишком мягок, чтобы одному взять власть в свои руки. У него имеются политические контакты, есть то, чего не хватает Туку. Они составят хорошее руководство страной.