Мгновение, и голова его оказалась над поверхностью! До берега было рукой подать. Он машинально поднял над собой раненную кисть. Та же загадочная живая волна продолжала толкать его вперед. Увидев бросившуюся к нему Линду, Генри попробовал самостоятельно встать на ноги. Ласты мешали, и он спотыкался. Господи! Она плакала! Зачем?! Генри боялся женских слез. Неожиданно ему пришло на ум, что она плакала бы еще больше, не случись этих рыб рядом. В следующий миг Линда обняла его за плечи, ломая маникюр, стала отцеплять акваланг. От ее голоса и от ее слез в голове у Генри все перемешалось. Пляж смотрел на него сотнями глаз, здесь творилось какое-то сумасшествие. Вполне простительно, что в тот момент он забыл обо всем. О рыбах и об акулах.

Художнику удалось передать атмосферу сказочности. Стены были разукрашены облаками и птицами, чешуйчатый дракон глазел на посетителей с потолка, готовясь вот-вот выдохнуть сноп пламени. Два огромных телеэкрана ни на мгновение не прекращали показ мультфильмов. Дети, входящие в кафе в сопровождении родителей, с восторгом начинали озираться. Им в самом деле было на что посмотреть. Именно сюда время от времени Генри приводил свою семью.

Расположившись на низеньких табуретах в центре зала, они с удовольствием наблюдали, как Джу разыгрывает на тарелке кулинарную баталию. Блюдо, которое заказал ей Генри, называлось "Гибель Испанской Армады". Голубого оттенка пюре тонким слоем покрывало фарфор, и "плывущие" по этому морю парусные, величиной с наперсток суда покорно ожидали своей печальной участи. Только у Джу все происходило не так. Сначала она пожалела испанцев и решила подарить им победу, но позже со вздохом рассудила, что если кому-то и позволено побеждать на морских просторах, то это, конечно, несокрушимым американцам. Таким вот образом и появился среди древних морковных дредноутов стройный эсминец с американской символикой, с вафельной опалубкой и кремовыми башнями.