- Дмитрий Иванович, я понятия не имею, что это за Лена! У меня вообще ни одной знакомой Лены нет! Вот хоть у Тамары спросите!

- Что еще за Тамара?

- Я с ней пришел... - и, видя, что недоверие крепчает, Шалганов додумался до самого действенного довода: - Она моя невеста! Мы уже восемь лет, как вместе! Решили пожениться! Она же всех моих знакомых знает, с детсадовского горшка!

- Вы что же, ни разу налево не сходили?

- От нее сходишь!,,

Аникин хмыкнул. Шалганов никогда не был похож на донжуана...

- Но тогда, выходит, Куоккинен? Какая чушь!

- Еще это могла быть я! - вмешался арабский террорист.

- Наташка, тебя только не хватало... - отмахнулся от террориста Аникин. Хотя... Давай-ка, раз тебе делать нечего, садись на телефон и вызванивай "скорую". Мало ли чего эта Лена хлебнула... Вот что может означать кровавая пена на губах?

Террорист развел руками.

- Пойду народ успокою, - с тем Аникин поспешил в гостиную. Шалганов с арабским террористом остались в коридоре.

- Послушайте, вы ведь были рядом, - проникновенно обратился к террористу Шалганов. - В то время, когда все после тоста стали пить, где была моя Томка?

- Она еще до тоста проскочила мимо меня. Как раз, когда финн встал, и она - с ним вместе, понимаете?

- Но где же она теперь?

- Где угодно - тут сами хозяева сперва путались. А что, - в голосе террориста было неподдельное любопытство, - вы так-таки и не можете вспомнить Лену?

- Да я же ее только в маске видел!

- Когда ей стало плохо, маску сняли.

- Да? - Шалганов начал вспоминать: да, действительно, вот только не лицо запомнилось, а рот в кровавой пене, больше ничего.

Еще было непонятно - взяла ли Томка в руку бокал? Вернее - протягивала ли она руку к столу? Ну хоть раз? Она пришла, села рядом с финном, она с ним мяукала и мурлыкала, но в правой руке держала кончик хвоста, а левой ей было бы не дотянуться...