А следующей ступеньки на месте не оказалось. Кэти остановилась и недоумённо уставилась вперёд. Путь был закрыт. Ржавая дверь преграждала дорогу. Ржавая дверь в будке, сложенной из красного кирпича. Кэти подкралась к правому краю ступеньки и заглянула вниз. Осторожноосторожно. И тут же отпрянула обратно. Лестница вознеслась над склоном оврага весьма высоко. Кошечка и поотважнее Кэти не решилась бы на такой прыжок. Крылья бы Кэти. Два крыла. Облетела бы она эту проклятую будку стороной, да снова на лестницу. А может и над лестницей. Ну почему бестолковым воробьям положены крылья, а кошечки, даже самые приличные и замечательные навсегда прикованы к земле? Несправедливо это. До ужаса несправедливо, до самых горьких слёз. И слёзы не замедлили явиться, потому что поворачивать назад было нельзя. Потому что, спустись Кэти вниз, посмотрит на неё Ерофей своим проницательным взглядом, фыркнет презрительно, да отвернётся. А вслед за ним и остальные, даже самые затрёпанные и обветшалые. Потому что кошке даны девять жизней для того, чтобы искала она выходы даже там, где никто никогда не пройдёт. Но не было сейчас для Кэти ни выхода, ни ступеньки. - Иногда надо упасть вниз, чтобы вознестись наверх, - голос был властным и проникновенным. Угольно-чёрный кот объявился из ниоткуда. Сейчас он удобно разлёгся на самом краю площадки и свесил голову вниз. Звёзды блестели в его глазах, странные алые звёзды, словно угольки затухающего костра. Но разве по лестнице странных кошек могут разгуливать обыкновенные коты с обыкновенными звёздами в глазах? - Чёрный Ветер, - довольно произнёс незнакомец и пробуравил тьму багровым взором. Кэти молчала. И кот был странным, и фразочки его не намного понятнее. - Прыгай, - задумчиво сказал кот, переведя взор на Кэти. - Закрой глаза и опрокинься. Все так делают. Кэти мельком взглянула вниз и быстро-быстро отползла от края.