А шорты в свою очередь были частично прикрыты грязной футболкой с поблекшей эмблемой на груди. Первоначально у этой футболки были длинные рукава. Неровно обрезанные, они теперь клочьями болтались на тоненьких, как спички, руках, открывая локти, такие же острые, как и колени. - Прыг-скок, прыг-скок, черту вилы в бок... Теперь можно было хорошо разглядеть темнокожее личико с курносым носом, большими глазами и широким ртом. Очень черные курчавые волосы, заплетенные в косички, как хвостики, торчали на маленькой голове. Через плечо, такое крохотное и худенькое, что от малейшей тяжести должно было, казалось, подломиться, у девочки был перекинут мешок из грубой дерюги, весь латаный-перелатаный. Заплаты были пришиты кое-как, и в отдельных местах висели незакрепленные концы ниток. Девочка опустила мешок на землю, бросилась к какой-то куче и подняла две бутылки из-под кока-колы. - Вот это удача! - торжествуя, вскричала она. - Это, я вам скажу, удача! Кто-то просто сорит деньгами... - Она вернулась к своему мешку, уложила в него бутылки и постаралась затянуть нитки. - Еще, чего доброго, выскочат по дороге, - прокомментировала она свои действия. - Нет, придется все же раздобыть иголку и починить мешок как следует. - Она перевернула его, оглядывая со всех сторон. И тут впервые заметила Джима. - Что ты тут делаешь, мальчик? - накинулась она на него. - Это место... Я первая нашла его, еще вчера. Это МОЙ участок. - Она уперла руки в бока и сердито нахмурилась. Тиро, выскользнув из объятий Джима, направился к ней и коротко, резко крикнул. Она отступила на шаг. - Ну и котище! Но я же его не трогала. Тиро сел, давая понять, что не имеет дурных намерений. Искоса на него поглядывая, девочка вновь обратилась к Джиму: - Говорю тебе, это мой участок! И я его не уступлю. Джим встал: - Ты собираешь бутылки? Для чего? - Для чего? - переспросила она изумленно. - Для того чтобы получить за них деньги.