— Они заявили, что нам всем надо нарядиться преступниками. Идея у них уже есть, но они держат ее в секрете.

— Задаваки несчастные. Только и знают, что строят из себя крутых плохих парней. Подумаешь, удирали из интернатов, пока были уродами, ну, может, раз-другой через реку тайком перебирались. Да они Дыма и близко не нюхали!

Тут песенка как раз закончилась, и последние слова прозвучали в неожиданно наступившей тишине. Тэлли лихорадочно пыталась придумать, что еще сказать, но разговор угас, как фейерверки в темном ночном небе. А следующая песня что-то слишком долго не начиналась…

Наконец музыка снова зазвучала, и Тэлли с облегчением проговорила:

— Мы с тобой запросто сообразим, как нарядиться преступницами, Шэй-ла. Такой преступной истории, как у нас с тобой, нет ни у кого в городе.

Шэй и Тэлли битых два часа примеряли костюмы, пачками вылетавшие из стенной ниши. Хотели было нарядиться разбойницами, но передумали, потому что в старинных фильмах разбойники совсем не походили на «кримов» и вид имели весьма потрепанный. Пиратские костюмы подошли бы больше, но Шэй ни за что не желала закрывать черной повязкой один из своих обновленных глаз. Была идея одеться охотниками, но охотникам полагались ружья, пусть и бутафорские, а это было совершенно исключено. Тэлли пришла мысль насчет знаменитых диктаторов прошлого, но, как выяснилось, большинство из них были мужчинами и вдобавок ничего не понимали в моде.

— А может, ржавниками нарядиться? — воскликнула Шэй. — В школе нам всегда говорили, что они были жутко гадкие.

— Да они от нас ничем особенно не отличались. Только уродливые были.

— Ну, не знаю… Мы с тобой могли бы пилить деревья, или жечь нефть, или еще что-то такое делать…

Тэлли рассмеялась.

— Шэй-ла, образ жизни в маскарадный костюм не входит.

Шэй развела руками, и из нее, как из мешка, посыпались новые предложения: