— Не поверила? Тогда точно не пойдем. Вот еще: ты мне не веришь, а я тебя за это должен с чудесными существами знакомить!

— Поверила-поверила! Давай сейчас.

— Ладно, уговорила. Но мы должны выбраться отсюда тихо-тихо, чтобы баба-тетя не услышала и не застукала нас в коридоре.

— Она сериал смотрит. Не услышит!

— Ладно, двигай за мной!

Переговариваясь шепотом, мы отправились в опасное путешествие на чердак. Нас ждали дремучие дебри коридора, лестница, логово чуткого хищника и, наконец, еще одна лестница, узкая и скрипучая.

Едва мы вышли за дверь, я крепко ухватила брата за руку. Пару раз он попытался выдернуть пальцы из моей потной ладошки, но безуспешно. На подходе к чердаку смирился и не предпринимал больше попыток к освобождению.

— Ну, мы пришли. Ты готова? — едва слышно прошептал он мне на ухо.

Не дожидаясь ответа, толкнул квадратную дверь. Она открылась на удивление беззвучно. За ней простиралась мгла, пахнущая пылью и старым хламом, и всеми детскими страхами.

— Включи свет, — попросила я жалобно.

— Нельзя. Пойдем!

Брат потянул меня в глубь опасной неизвестности, но я забуксовала.

— Мне страшно. Там темно!

Я подвыла в преддверье плача.

— Тихо! — Ринат зажал мне рот ладонью. Она была шершавой, как дощечка, и пахла так же — смолой. — Ну вот, знал же, что девчонкам верить нельзя, тем более, таким мелким! Прекрати сейчас же, иначе явится баба-тетя, и знаешь, как нам с тобой влетит?

Он насильно втащил меня через порог и закрыл дверь. Я принялась брыкаться и вырываться и догадалась наконец укусить зажимавшую рот руку. Брат зашипел от боли и отвесил мне свободной рукой подзатыльник.

— Смотри туда, — он развернул меня в сторону маленького окошка.

Я нарочно зажмурилась и замотала головой. Но когда меня пару раз тряхнули, решилась открыть глаза в надежде, что изверг от меня отстанет и перестанет взбалтывать, словно бутыль с кефиром.