– Она уже занята, – поспешно заявил Ват.

Киллер только усмехнулся.

Ват оглянулся в тщетной надежде получить поддержку от своих помощников.

– Ты хоть следи за ней хорошенько, – буркнул он. Поговаривали, будто Киллер продержал его как-то раз под водой чуть ли не пятнадцать минут.

Киллер приказал, чтобы Реб-конюший вывел кобылу и осмотрел ее так же тщательно, как эксперт-искусствовед осматривает картину, приписываемую кисти Леонардо, – с зубов до кончика хвоста, с ушей до подков, закончив внимательным ощупыванием ног; походя он ощупал также ноги Реба. В конце концов он возгласил, что кобыла ничего и что он берет ее сейчас, а Реба потом, по возвращении. Реб ухмыльнулся так, будто ему оказали честь.

Вслед за этим Киллер озадачился выбором экипажа, проигнорировав предложение Джерри, доведя несчастного Вата до апоплексического удара и почти серьезно пытаясь убедить Джерри в том, что римская колесница вполне сойдет за телегу. В конце концов Джерри оставалось только прыгнуть на повозку, когда Киллер выезжал из конюшни под напутственные возгласы конюхов.

Всю дорогу по идущей вдоль городской стены улице прохожие шарахались у них из-под копыт. Следующей остановкой был Арсенал.

– Ты бери ружья, я разберусь с железом, – заявил Киллер. – Чего ждешь?

– Он искренне ненавидел огнестрельное оружие, что, впрочем, не мешало ему быть лучшим стрелком в Мере.

Джерри сидел в повозке, облокотясь на спинку и придерживая рукой шапку.

– Ты эксперт. Рядом с тобой я ощущаю себя зеленым новичком.

Киллер нахмурился и покачал головой:

– Это твоя война, дружище. Оракул ведь выбрал тебя. Кстати, знаешь почему?

– Наверное, мое столетие, – предположил Джерри. – А может, потому, что я говорю по-английски.

– Возможно, – кивнул Киллер, правя между двумя поспешно порскнувшими в стороны пожилыми леди. – Но знаешь, чего я хотел, когда приглашал тебя в спутники?