Сева потрясённо молчал. Это было удивительно, непонятно, но что-то его беспокоило…

– Постойте! – воскликнул Сева, – а как же Бог? Ведь Бог же трёхрук?! «… И создал Бог по образу и подобию своему…» – припомнил он строки.

Лев Александрович откинулся на спинку дивана и заулыбался. Повертел пустой бокальчик из-под коньяка, про который они забыли, увлёкшись беседой.

Севе даже показалось, что старик только и ждал этого вопроса, чтобы поделиться сногсшибательной, необыкновенной, изумляющей новостью.

Так оно и вышло.

– Для вас это будет как откровение, – доверительно сообщил Севе старик. – Но на всех старинных иконах, которые имел я возможность изучить, третья рука… дорисована! На единственной картине, которая дошла до нас с древних времён, изображена милая, улыбающаяся девушка… Но на этом полуистлевшем полотне невозможно определить, сколько у неё рук. Да и экспертов почему-то больше волнует её улыбка, – старик раздражённо передёрнул плечами.

– Постойте… – Сева от волнения даже привстал с уютного дивана. – Так я, в какой-то мере, ошибка эволюции?

Лев Александрович смерил его то ли полувопросительным, то ли полуснисходительным взглядом.

– Вот мы и подходим к самому интересному, – мягко начал он, глядя на Севу, как удав на кролика, – вы сам себя считаете ущербным или, попросту, инвалидом?

Сева задумался. Говоря искренне, он никогда не считал себя неполноценным, и если бы ещё об этом не напоминали окружающие, да и пустая графа категории «F» в водительских правах…

– Нет, в принципе, нет, – честно ответил он.

– Так вот что я вам скажу, – повёл дальше старик. – Третья рука, которая асимметричная, – есть ненужный отросток и, по сути, она абсолютно бесполезна в работе.