Теперь в его голове созрел план. Этот план оживил его взгляд и наполнил смыслом его жизнь. Он отыграется за все и не понесет ни какого наказания или ответственности, тактика предков как никогда оказалась полезной сейчас.

Из огромной палаты примыкавшей к террасе донеслись шаги. Али взглянул туда и жестом подозвал остановившегося на пороге военного. Это был командующий силами быстрого реагирования.

-Мой повелитель, все готово, доложил тот приблизившись.

-Бригада получила инструкции и необходимое оборудование. Мы намерены отослать груз с международным авиарейсом на север, который отправится завтра утром.

Али молча играл перстнями на пальцах. Он снова и снова взвешивал все "за" и "против" и в который раз приходил к решению поступить именно так, и именно сейчас. Конечно, пора была суровой, но разве могла она сравнится с той пропастью греха этих неверных, посмевших не только уничтожать их святыни, но даже посягнуть на самого бога. Никогда на востоке так не пылали войны как во времена религиозных распрей и волнений. И он, представитель почти всех народов Востока был обязан нанести удар

карающим мечем правосудия, по головам этих безбожников отрицающих величие их

бога, и называющих всю их веру бесполезным битьем головы о землю. Подобное не прощалось никому.

И хотя события вызванные началом войны помогли Али занять свой пост: он сверг шаха Абу-Хамора на волне протестов после взрыва мечети в Иерусалиме, он не испытывал к "Течению" благодарных чувств. Даже мысль об этом не посещала, светлую голову повелителя.

Главнокомандующий излагал план операции. Али слушал внимательно, сложив руки на груди и впившись взглядом в далекую пальму на соседнем холме. Знойный пейзаж утомлял, его клонило в сон и совершенно не хотелось ни о чем думать. Но он, подавив зевоту, прервал командующего.

- Я бы хотел, что бы наши солдаты как можно внимательнее отнеслись к размещению и возможным изменениям в проверке самолета на севере. Нашей державе не нужен международный скандал.