— Это что значит, отрок? — деревянным голосом проговорил наставник. — Ты опять за свое? Выходит, не покаялся ты, как заверял меня? И теперь, значит, пустой болтовни тебе мало — ересь свою на бумагу излить решил?!

Книжник молчал. И без того ясно, что неприятностей не избежать. Отец Никодим — один из высших наставников Семинарии, ретивый поборник обычаев, строгих правил и дисциплины. А главное, он давно держит зуб на этого вольнодумца, посягающего на кремлевские устои.

— Да что тут такого? — Семинарист нашел в себе силы возразить. Даже пожал плечами — как можно небрежнее, что на деле вышло виновато и робко. — Мы же как раз изучали эти самые Поля Смерти — откуда они пошли, какова их природа. Но ведь про них никто ничего толком не знает — я всю библиотеку перерыл. Ну а раз так, я просто предположил — как оно может быть там, внутри? Как можно проникнуть в Поле Смерти и выбраться оттуда живым и здоровым…

— Зачем? — глухо спросил отец Никодим.

— Что — «зачем»? — растерянно произнес Книжник.

— Кому и зачем понадобится лезть в это бесовское пекло? — мрачно поинтересовался отец Никодим, продолжая просматривать конфискованные записи. — Разве не было сказано: всяк побывавший в Поле Смерти — не человек, а стало быть — враг? Говорили тебе?

— Да, но…

— Далее: ты пишешь про Поле Смерти здесь, у кремлевских стен. Видано ли такое?

— Но ведь было! Помните, когда в нем сгинули трое дружинников?! А если бы можно было пойти туда — и выручить их…

— Разве не было сказано наставником: запомнить сказанное — и молчать! А почему так было сказано?! Да потому, что словами своими человек сам кличет беду! Не поминай, прости господи, Поле — оно и не появится! А не сам ли ты призываешь беду своими бреднями? — Отец Никодим хмурился все больше, густые брови его смыкались у переносицы, ноздри сердито раздувались. — Помнишь ли, как сожгли колдуна, туман призывавшего?!