— Давай Гумаровича, остальные ведь в командировке… Хотя нет, пусть срочно едет к нам. Не знают, что делать с толпой на Тверской? Что да что! Разубедить, рассеять, рассредоточить, в конце концов, разогнать!.. Кто там ещё?

— Госсекретарь Хиллари Клинтон просит пригласить к аппарату кого-нибудь из облечённых властью, оставшихся в Москве, например, и. о. президента или кого-нибудь в таком роде для срочного разговора с президентом Обамой …

— А президент России не подойдёт? — Улыбнулся Медведьев.

Дарья Алексеевна бойко затарахтела на американском иглише. Постепенно она менялась в лице, всё более откровенно отражая на нём недоумение и тревогу.

Дмитрий, проклиная свой basic-English, пытался хоть что-то понять в щебете Дарьи, но усёк только, что Обама просит срочно соединить его с кем-либо в Кремле.

— Ладно, давай твоего Барака Хусейновича, но предупреди через госсекретаря, что я очень устал и буду только слушать. А ты виси на параллельном, переводи его и дополняй меня, а то устал я что-то действительно, ребята…

— С вами будет говорить Президент России Дмитрий Медведев, — подобрав губки, предельно сухо и официально выдала Дарья.

— Вау! Хэллоу, май диэр фрэнд! — Вывалился из недр околоземного пространства взволнованный голос Обамы. — Это ты, Димми? Как дела?..

— Хеллоу, Барак! Итз ми. Айм о’кей! — неуверенно откликнулся Дмитрий на непривычного Димми.

— Просто не знаю, что и подумать, — взволнованно прокричал далёкий Обама, — ведь ты летишь к этому баламуту Уго, или я чего-то не понимаю?..

— Да никуда я не полетел. Передумал. Дома такие дела, а я сделаю ноги. Неприлично. Что ты обо мне мог бы подумать?..

— Значит, Блэкджеки летят без тебя? Ну и дела. Фантастик!.. Но тогда давай к делу! Какова ситуация с ядовитым облаком? — продолжал, немного успокоившись, Барак.

— Облако, к счастью, дрейфует очень медленно. У нас в Европейской России практически штиль. Да. На северо-восток…