— Ну и ситуёвина! — Беспокойно оглянулся Медведьев, как бы ища путь к выходу из нелепой ситуации. Ворота башни практически беззвучно закрылись, очевидно, кто-то озаботился сквозняком. Таким образом, Медведьев оказался заперт на территории пустынного Кремля. Слева — красивый как бы сквер, прямо — громада колокольни Ивана Великого, справа, за несуразным бездушным зданием администрации и охраны, в котором исчез часовой, — главный купол Кремля с государственным триколором на ветру.

Как говорится, неожиданный поворот сюжета.

Но он даже испугаться, как следует, не успел, а молодой гвардеец кардинала вновь показался в дверях и в два прыжка вернулся к посетителю, тотчас забрал автомат, благодарно кивнув.

— Ну-у, класс, а то чуть не удавился. Во мука была. Прям зубы чесались. — Засмеялся страж кремлёвского покоя. — Я попутно и ворота закрыл. А то, в самом деле, непорядок…

Над их головами скрипнули и затренькали куранты. Передохнув, начали отзванивать 17.00. Неужели всего два часа прошло с того мига, когда Дмитрий понял, что мир рушится?.. Небо почему-то сделалось неприятно-серым. Возможно, стало смеркаться или просто линза смога наползла на Кремль.

— Товарищ Главнокомандующий, — почему-то сменил формулу обращения сержант, — Видите, у Вас в кабинете уже свет зажгли. Вам бы туда пойти надо. Народ приободрить. Думаю, те, кто там остался, не слиняв, порядочные люди…

Дмитрий вдруг осознал, что не надо разочаровывать сержанта, который обознался и признал его за самого президента. Всё-таки, схожесть у них значительная. И это не только жена отмечала.

— Пожалуй ты прав, дорогой, надо возвращаться на рабочее место, а то коллеги не поймут. Но проводи меня, как-то не по себе мне в пустом Кремле… Ворота ты запер, и, видимо, никто уже не ожидается сегодня с визитом, — зябко поёживаясь, попытался пошутить Дмитрий.

— Слушаюсь, товарищ Главнокомандующий.

— Как тебя зовут, сержант?

— Федя. Фёдор Фартовых. Из Тобольска я…