- У вас какой-то иррациональный подход к делу, запротестовал Уэйн. - Я ведь имею в виду лишь легальный обмен телами. - Легальный? - Развеселившийся Бленкинсоп чуть не подавился сигарным дымом. - Чьи это тела могут подлежать легальной конфискации? И ради чьей выгоды? Он ткнул жирным пальцем в грудь Уэйна. - Кто будет платить за переселение и кто будет получать эти деньги? И при чем тут буду я? Глядя на него с нескрываемым презрением, Уэйн сдержанно пояснил: - В прошлый четверг умер Коллистер. Это был крупнейший в мире специалист по раковым заболеваниям. В тот же день был казнен Бэт Мэлони - преступник. Мозг Коллистера оставался активным до конца, в то время как тело было изношено долгими годами служения человечеству. Душа Мэлони представляла собой неизлечимо извращенное, антисоциальное "я", заключенное в грубое, но сильное и здоровое тело. - Понимаю, - согласился Бленкидсоп. Он протянул руку за своей шляпой. Будь ваша воля, вы бы засунули Коллистера в каркас Мэлони. Не стану обсуждать научную сторону этого эксперимента, так как верю, что вам бы он удался. Но я неплохо разбираюсь в законах. Моя жизнь протекала не в лаборатории, в окружении приборов и машин, а в нашем грешном и жестоком мире. Примите совет жалкого реалиста: вам не найти такого закона, который дал бы вам право на подобные фокусы, даже если бы вы агитировали за их гуманность до самого страшного суда. - Но... - Пора вам и повзрослеть наконец, - нетерпеливо перебил его Бленкинсоп. С вашим идеализмом вам место разве только в детской. Я не могу выпустить на рынок воздушный замок, мне не дадут за него и стоимости пачки сигарет. Пухлая рука протянулась к ручке двери, и человек, стоящий по ту сторону ее, отпрянул в темноту. - Советую вам лучше поломать голову над вашим стереоскопическим телевизором. На нем можно крупно заработать. Публика хочет этого, а кто мы такие, чтобы отказывать массе в ее желаниях? Что касается вашей бредовой машины, то если вы предложите мне еще что-нибудь в этом роде, я просто умру со смеху.