Так что никаких деревьев поблизости не наблюдалось, чего, к сожалению, нельзя было сказать о валунах. Их было множество, самых разных форм и размеров, разбросанных как попало. И запомнить их расположение с тем, чтобы потом передвигаться в темноте по памяти, не представлялось возможным. Порой мне казалось, что кто-то ненормально сильный, да и просто ненормальный, приходит сюда каждую ночь… в смысле, когда все спят, и передвигает валуны с места на место, специально чтобы люди об них спотыкались.

Впереди и чуть слева от меня послышался звук падения, а вслед за ним – сдавленный стон.

Ну, а я что говорил?..

Я бросился на звук, по пути сам едва не загремел, зацепившись ногой за средних размеров камень, и оказался рядом с упавшим. Это был сэр Галахад. Он сидел на земле в привычной позе и нянчил свою многострадальную ногу.

Я чуть было не посоветовал ему мужаться, но вспомнил, что уже говорил не так давно нечто подобное, а настоящему рыцарю ничего не нужно объяснять дважды. Тем более, он уже почти перестал стонать.

Рядом с сэром Галахадом я обнаружил кого-то еще, шерстяного на ощупь.

– Держи в руках себя! – посоветовал мне сэр Артур. – А лучше – помоги поднять раненого.

Похоже, он все еще немного злился на меня.

Вдвоем мы легко поставили сэра Галахада на ноги, но тут он снова принялся стонать сквозь зубы. Должно быть, опять наступил босой пяткой на что-то острое. И почему он только такой забывчивый?

– Сэр Галахад, – сказал я. – Когда ты в следующий раз будешь снаряжать доспехи для очередного великого похода, обрати, пожалуйста, особое внимание на обувь. Чтобы…

– Тихо! – толкнул меня в бок сэр Артур.

Мы замерли, прислушиваясь.

– Что такое? – раздался где-то рядом голос Толстого. – Разве кто-то… – и замолк. Толстый тоже услышал.