Первые кладки икры были настолько НЕПРАВИЛЬНЫМИ, что меня позвали посмотреть. Яйца моих детей оказались не просто неправильными. Они были НЕВЕРНЫМИ. Что-то внутри меня говорило о каких-то кошмарных отклонениях. Господь послал нам испытание, так я сказал своим детям, но мы должны принять его.

Новые поколения по большей части оказались нежизнеспособными.

Мы давали имена нашим детям и крестили их в каменных купелях, чтобы успеть до их смерти. Я не был уверен, стоит ли так поступать, но ведь у каждого молодого многонога на спине выделялся крест. Мёртвых мы хоронили. Каждого в отдельную ямку.

Но некоторые кладки дали потрясающий результат. Новые члены нашего общества двигались быстрее, отличались высоким интеллектом. И практически сразу взяли в подчинение некоторых взрослых многоногов.

Ночами я лежал, закрыв глаза и наблюдал как на каменные плиты, врытые вдоль улиц с помощью кислоты наносятся письмена из святой книги. Как строятся новые храмы. Как копаются тоннели вглубь земли.

Что-то происходило странное с моим народом. Если раньше они просто добывали себе хлеб насущный, то теперь поведение многих из них изменилось. Многие мои дети и внуки стали искать что-то.

Я очень часто видел как кто-то из нового поколения, совсем ещё молодой и неопытный, задумчиво перебирает какие-то камешки, вместо того чтобы закапывать семена или выкапывать коренья.

Но при этом поля разрастались, деревья валились, дороги стали выкладываться камнем.

И внезапно я обнаружил, что у нас появились колёсные механизмы, а в лапах и челюстях моих детей появились орудия не из камня, а из металла.

Год Синей бабочки я встретил на площади возле своей шлюпки. Той самой, которую я похитил когда-то, чтобы прилететь сюда. Она была вся опутана лианами, потому что никто не осмелился к ней прикоснуться.

Неподалёку приземлилась ещё одна такая же шлюпка. Мой отец вышел из двери и спустился по коротенькому трапу со складным стульчиком под мышкой.