- С другой стороны, она испытывает теплые чувства по отношению к нашей стране, - рассуждал Таррант. - По крайней мере, она решила поселиться именно у нас. И все же у меня нет уверенности, что стоит лишь протрубить трубе, и дама сломя голову помчится в бой. Нужно что-то более тонкое.

- Шантаж? - откликнулся Фрейзер, попытавшись на сей раз нацепить маску, в которой якобы органично сочетались лукавство, дерзость и отвращение. У него ничего не получилось, и он увидел, что Таррант смотрит на него с явным сочувствием.

- Нет, об этом не может быть и речи... Вряд ли у нас есть для этого достаточно мощные рычаги, Фрейзер. А кроме того, одного согласия вынужденного согласия нам помочь - маловато.

- А что, если... - Фрейзер осекся, вытащил из папки коричневый листок и некоторое время делал вид, что изучает его. - А вдруг это может сработать?

Таррант взял листок у Фрейзера, дважды прочитал короткий текст. Прежде чем снова взглянуть на собеседника, он предположил, что тот напустит на себя вид человека неуверенного, но не теряющего надежды. Так оно и было.

Таррант задал сам себе вопрос: почему лихой разведчик с таким богатым оперативным опытом, как у Джека Фрейзера, постоянно корчит из себя неумелого глупца - особенно теперь, когда он не выполняет секретное спецзадание, а занимается разной канцелярщиной. Похоже, все дело в привычке. Эта личина сослужила Джеку добрую службу в прошлом, и теперь ему жаль расставаться с ней. Так или иначе, это была совершенно невинная игра, которая иногда приносила пользу и почти всегда забавляла Тарранта. Тем более что Таррант и Фрейзер давно и хорошо знали друг друга, и время от времени последний вполне мог отбросить свои ужимки и говорить напрямик. Поистине чужая душа - потемки...

- Наши шифровальщики прислали текст всего час назад, - сообщил Фрейзер, чуть виновато разводя руками. - Они, конечно, не отнеслись к нему с должной серьезностью, просто направили, как положено, по инстанциям... Но мне показалось, что тут, возможно...