Юлька вздрогнула.

- Обратись к лекарю, - сказал папа. - Ах, черт, у нас даже на это нет времени!

- Ты не понял, да? - Редкозуб помолчал. Его бледное лицо со впалыми щеками было мертвенно спокойным. - Я проверил, Саша. Я сходил туда сам и проверил. Сигнализация сработала. Там кто-то побывал. А один из моих - Тринадцатый, он отвечает за Зверинец - ничего мне не сообщил. Это самое страшное, Саша, а отнюдь не твои бароны! Я ничего не знал - хотя всегда знаю все, что знают они.

Папа молчал.

- А потом я подошел к вольеру с единорогом, - сказал чародей. - Тебе интересно, Саша? Он увидел меня и начал кричать. Он, знаешь ли, отвратительно кричит.

- Знаю.

- Теперь решай.

- Что решать? Ты же ничего не сказал по существу. - папа оскалился. - Это все, что ты хотел сказать?

- Все, - Редкозуб встал. - Только помни, единороги - не ослы, они просто так не кричат.

- Да мне наплевать, почему кричал этот твой... этот козел!

- Это не козел, - сказал Редкозуб. - Это единорог.

Ещё мгновение - и, казалось, папа ударит чародея.

- Иди, Андрей, и займись делом, - сказал он сквозь зубы.

- Пап, - закричала Юлька, вбегая в комнату. - Фунтик заболел!

Сначала его лицо было таким же каменным, как при разговоре с чародеем.

- Что? Какой еще Фунтик?! - спросил папа резко. Затем понял - лицо расслабилось и стало просто старым. И очень-очень усталым. Словно стержень из него вынули.

- Иди сюда, - сказал папа. Посадил её на колени и обнял. - Что случилось, доча? Что с твоим Серым Рыцарем?

- У него болит ухо, - сказала Юлька доверительно. - Только ты Фунтику не говори, что я сказала. Он обидится. Он такой гордый. Ведет себя иногда, прямо как мальчишки!

Папа улыбнулся.

- Не скажу. Значит, лечиться он не хочет?