Он прибег к своему самому отточенному дипломатическому тону:

– Прошу прощения, но я, кажется, потерялся.

"А заодно потерял бумажник, наручный комм, половину одежды, телохранителя и рассудок". И вдобавок – он провел рукой по шее – Аудиторское кольцо-печатку на цепи. Предоставляемые печаткой возможности доступа в комм-сеть здесь не работали, зато оруженосец Роик мог бы по крайней мере отследить ее сигнал. Конечно, если Роик еще жив. Когда Майлз последний раз видел его, тот был на ногах, но их разделила охваченная паникой толпа.

Осколок камня впился Майлзу в ступню. Он переступил с ноги на ногу. Если он способен отличать камни от стекла и пластика мостовой, то почему путает людей с гигантскими насекомыми?

– В прошлый раз, когда мне было так же плохо от лекарств, мне мерещились огромные кузнечики, – объяснил он жуку. – А гигантский масляный жук – это даже обнадеживает. Такое никому на этой планете не пришло бы в голову, разве что Роику, так что теперь я точно знаю, откуда вы взялись. Судя по здешнему декору, местным привиделся бы кто-нибудь с шакальей головой. Или ястребиной. И в белом докторском халате. – Майлз сообразил, что говорит вслух, лишь когда парочка попятилась еще на шаг. Интересно с чего бы это? Неужели в его глазах сияет небесный свет? Или они горят демоническим красным?

– Просто уходи, Джин, – посоветовал масляный жук ящерице, подхватив ее под руку. – Не разговаривай с ним. Отходи медленно.

– А почему бы нам не помочь ему? – Этот голос был намного моложе, Майлз только не мог понять, кому он принадлежит мальчику или девочке.

– Да-да, помогите мне! – обрадовался Майлз. – У меня перед глазами сплошные ангелы, я даже не вижу, куда ступаю. И я потерял ботинки. У меня их забрали нехорошие парни.