— Я приведу коня, — решил фермер. Повернувшись к сыновьям, он сказал: — Бегите в Элистранд. Нет, Липовая аллея ближе! Объясните им все!

— В этом нет нужды, — попробовала было возразить Виллему, но они уже ушли.

С ней остались только родители Марты. Она по-прежнему беспомощно лежала на траве. Она чувствовала во всем теле нечто странное, будто что-то новое росло в глубинах ее существа, не выходя пока на поверхность.

Возле ее ног лежал небольшой букет из осенних листьев — в память о Марте.

Мать перехватила ее взгляд.

— Да, мы обычно приходим сюда два раза в неделю, чтобы почтить память Марты. У нее ведь нет могилы. Она считается самоубийцей, а таких, как она, не хоронят на кладбище. Кстати, ее так и не нашли, поэтому мы и выбрали это место.

— Так и не нашли?

— Нет, омут не отдал ее. А туда ведь не спустишься!

Марта… Там, внизу… Скорбь наполнила душу Виллему.

— Но откуда тогда всем известно, что…

Отец девушки тяжело вздохнул.

— Двое рыбаков видели, как она падала, слышали, как она кричала.

Виллему жалобно вздохнула.

— А как это произошло с Вами, фрекен? — спросил отец. — Вы упали с обрыва?

— Нет, вовсе нет, меня столкнули, — не задумываясь, ответила она. Они переглянулись.

— Как Марту… — медленно произнес отец. — Но его же здесь нет, он мертв. Говорят, он похоронен в Ромерике…

Лицо Виллему залилось лихорадочным румянцем.

— Эльдар Свартскуген? Нет, он не делал этого! Он не поступал так с Мартой, это просто злые сплетни!

Им явно было не по себе. Отец сказал:

— Те двое рыбаков… Кстати, они были не здешние… Они видели, как Марта падала, потому что посмотрели наверх, услышав ее крик. И они тут же поднялись сюда и увидели человека, направлявшегося от ручья к лесу. Они видели, как он шел среди деревьев, они заметили, что у него были светлые волосы и волчьи глаза.

Эльдар. У Виллему не было в этом сомнений.