Но ты должен принять решение сам! - он откинул голову, всматриваясь в лицо Фурмина, высившегося рядом, как скала - ростом ассистент на целый фут превосходил своего хрупкого шефа. - Да, опасность существует, и многие хронофизические феномены пока что остаются для нас загадкой. Мы не представляем, что именно может произойти. Уже сотню лет мы умеем влиять на прошлое, но боимся действовать - и потому топчемся на месте. Мы провели сотни бесполезных опытов - и что они дали для развития темпоральной теории? Ничего! - Скандос резко взмахнул рукой. - И такая же ситуация везде - в исследованиях околопланетного пространства, в проектировании аналитических машин, в изучении ментальной связи... Медленное эволюционное развитие, навязанное Консулатом, его бесчисленные запреты душат нас!

Он замолчал, затем снова заговорил с нарастающей страстностью:

- Может быть, лучший выход заключается в том, чтобы наша темпоральная линия мгновенно и безболезненно исчезла. Или мы должны беспомощно заламывать руки, с отчаянием наблюдая, как наша цивилизация идет к гибели? Мы теряли время - десятилетия, века, - не понимая, что жуткий монстр приближается к нам с каждой минутой! Фактически, мы безоружны и беззащитны - ибо что мы можем сейчас противопоставить той неведомой и страшной мощи, которая способна зажигать и гасить звезды?

Скандос бросил взгляд за окно - золотистая тарелка солнца уже поднялась над иззубренным хребтом; над ней, чуть поблекнув в потоке яркого света, плыла багровая звезда, гневное Око Сарпедиона.

- Ни Консулат, ни Академия не разрешат вмешательство в прошлое, уставившись в пол, пробормотал Фурмин.

- Это мне известно. Хотя не все в Академии единодушны... Скажем, Пайрот, астроном... вычислитель Винг... и другие... Возможно, придет час узнать их мнение... Но сейчас я не собираюсь спрашивать их. Я спрашиваю тебя! Ты, мой ученик, уже знаешь о времени больше, чем все остальные физики планеты. За пять лет совместной работы я убедился, что твои суждения всегда были здравыми и беспристрастными. Если ты готов встать там, - Скандос кивнул в сторону пульта, - я буду действовать. Если нет - мы можем еще двадцать три года продолжать свои осторожные и бесцельные эксперименты. Вряд ли я доживу до их конца...



3 из 117