Курбат молча отодвинул тубус в сторону, а я спросил Штенгеля:

— Если мы соберемся совершить подобный поход, что получим?

— А что вам нужно?

— Воины.

— Всем нужны воины, конкретно, сколько и на какое время?

— Кавалерийский полк и два десятка жрецов Белгора на два весенних месяца.

— Ого! — удивился полковник. — Какова цель?

— Врата, в отрогах Архейских гор. Хотим освободить своих сородичей, которых там, в жертву приносят, заодно и Эльмайнору поможем, от одержимых избавим.

Полковник оглянулся на карту, сощурил правый глаз и прикинул:

— Четыре сотни километров на северо-восток.

— Четыреста двадцать три от Норгенгорда, — уточнил я.

— А что же эльмайнорцы, почему у них помощи не попросите?

— Без нас уже попросили. Герцог Умберто обещал выделить две тысячи конных арбалетчиков и тридцать жрецов.

— И каков же ваш план?

— Уничтожаем адептов Ягве, которые обряды темные вершат, освобождаем людей и, если потребуется, прикрываем отход тех, кто на Эльмайнор будет уходить, отрываемся от противника и двигаемся от гор Архейских до гор Анхорских.

— Опасно это, — после некоторых раздумий, — подвел итог Штенгель.

— Сейчас, что не делай, все опасно. Здесь останемся, убийцы придут, в малый рейд по пограничью пойди, там войск рахдонских сейчас много, а если к Анхорским горам направляться, то все одно, погоня за нами будет. Мы соглашаемся на поручение герцога, а каков твой ответ, полковник?

— Мне необходимо посоветоваться со своими вышестоящими начальниками.

— Хорошо, — кивнул я, — еще два месяца мы будем находиться в Норгенгорде.

Штенгель встал, вслед за ним Лука, мы распрощались с тайными стражниками, и после того, как они нас покинули, повели свой разговор.

— Пламен, — Звенислав был явно недоволен моим решением, — зря ты на это дело согласился.