Но девушка встала на колени и подползла к выступу, о который терлась веревка. Упрямо сжав зубы, она взяла ее в руки, крикнула, и голос ее прозвучал в собственных ушах высоко, как крик парящего над головой сокола.

— Поднимайся!

Она натянула веревку крепкими мышцами рук, привыкшими к работе с корабельными снастями, услышала ответный рывок. Фальконер начал подъем. Дюйм за дюймом веревка скользила в ее израненых руках.

В конце концов она увидела, как мужская рука схватилась за край скалы. Танри сделала последнее огромное усилие и изо всех сил, какие могла собрать, потянула, падая назад, но не выпуская веревки из рук.

У девушки кружилась голова, на несколько мгновений она выпустила веревку. Он… он упал? Танри провела кулаком по глазам, чтобы отогнать туман.

Нет, мужчина лежал головой к ней, хотя ноги его еще свисали в пропасть. Его нужно оттащить, как она оттащила его от моря. Но сил не было.

Сокол спустился и сел у головы хозяина. Трижды хрипло крикнул. Фальконер пополз на животе от опасного места.

Увидев это, Танри поднялась, опираясь о выступ скалы. Камень под ногами показался ей палубой «Дикого кабана», он поднимался и опускался, так что привычка к качке ей и здесь пригодится.

Фальконер продолжал ползти. Потом с помощью здоровой руки поднялся и осмотрелся. Он храбро пытался удержаться на ногах. Но вдруг глаза его широко распахнулись: он изумленно смотрел на что-то за ее спиной.

Танри ухватилась за рукоять кинжала и резко оттолкнулась от выступа, за который держалась, хотя отойти так и не смогла.

И тут она тоже увидела…

Эти шпили на верхушке скалы и скальные уступы — вовсе не работа природы. Одни огромные камни явно целенаправленно были положены на другие. За этими грубыми арками виднелась нетронутая стена, мрачная, без единой щели, а еще выше — отверстия, узкие, словно прорубленные гигантским топором. Они поднялись к каким-то древним развалинам.