Несколько десятков лет назад мы нашли один такой сейф. К сожалению, в нем не оказалось ничего стоящего, зато мы случайно выяснили, как возбуждать и отключать стазисное поле. Это хорошая приманка. Сорок кзинских лет мы ловим на нее корабли, которые сами содержат стазисные сейфы. Вы — наша вторая удача.

— Вы достигли бы большего, если бы искали сами, — заметил Джейсон.

Он рассматривал кзина, стоявшего в дверях. Тот был меньше Чафт-Капитана, мех его свалялся, хвост и уши обвисли, взгляд забитый. По меркам кзинов он был чрезвычайно худ. Джейсон не сомневался, что попал на боевой корабль, точно так же не вызывало сомнений, что перед ним — не боец.

— Это заметили бы. Земля вынудила бы нас прекратить поиск.

Прервав разговор, Чафт-Капитан обернулся к худому кзину и стал издавать звуки, похожие на вопль разъяренного кота. Худой повернулся к пленникам.

Джейсон почувствовал, словно в его мысли что-то вторгается, вызывая невыносимую головную боль.

Он ожидал чего-то подобного. Странно: поставь рядом двух инопланетян, сумасшедшего и здорового психически, и ты поймешь, кто из них болен, а кто здоров. А кзины гораздо ближе к людям, чем другие обитатели Галактики: вероятно, у них есть общие предки — какие-то из микробов.

Худой кзин был явно психически не здоров. Он не боец, но его держат на боевом корабле, значит, он профессиональный телепат, оказавшийся в зависимости от кзинского наркотика, от которого девятьсот девяносто девять наркоманов из тысячи сходят с ума, а тысячный становится вечно дрожащим неврастеником.

Джейсон сосредоточился на воспоминаниях о вкусе свежей моркови, чтобы усложнить задачу телепату.