Тома вернулась, а значит прекрасный день закончился. Начинался обыденный вечер.

Помните «Щоу Трумэна»? Историю человека, однажды обнаружившего, что всю жизнь он прожил в нереальном мире. Что всю жизнь, от самого его рождения, он был героем реалити-шоу, длившегося 24 часа в сутки. Миллионы телезрителей во всем мире наблюдали, как Трумэн растет, влюбляется, спит и чистит зубы… На него делались ставки — в каком возрасте он впервые переспит с девушкой, набьет ли морду своему сопернику и т. д. Ради него построили целый город, ставший одной громадной декорацией. Город, все обитатели которого — актеры.

Наибольшую прибыль приносила реклама, но так как показ «Шоу Трумэна» не прерывался ни на секунду и вставить ролики очередных прокладок с крылышками было некуда — рекламу вставляли в само шоу! Компании-производители платили баснословные деньги за то, чтобы Трумэну навязывали именно их продукты, и в результате его жена, приходя домой из магазина, комментировала каждую жестянку, которую доставала из сумки. «Это, дорогой, новый „Пэдигри-комплит меню“! Он сделает твою шерсть мягкой и шелковистой! И если раньше твои волосы были сухими и безжизненными, то теперь они будут жирными и шевелящимися!»

И Трумэн жил в этом сумасшедшем доме, искренне полагая, что так живут все.

Но я-то не Трумэн! И про меня никто не снимает шоу!

Или снимает?!

Нет, моя Тома — не сериальная жена, получающая деньги за каждую ночь со мной. И доставая продукты из сумки, она не нахваливает их картинно-рекламными фразами. У нее есть другая любопытная особенность — она говорит, совершенно не интересуясь вопросом, слушают ли ее…

Впрочем, в этом Томогавкином пороке отчасти виноват я. Уже в первые пол года брака мы оба почувствовали, что начинаем отдаляться друг от друга, но оба старались не подавать виду. И вот итог — я провожу весь день с Сашей, а Тома, приходя домой, рассказывает как прошел день у нее. Она — радио. Она — звуковой фон, который сопровождает мой ужин. Я редко задумываюсь, о чем она говорит. Как правило лишь поддакиваю в нужно время, и все…