— В каких отношениях состояли с убитым?

— Дружеских. Мы давно знали друг друга.

— Где находились вчера в три часа утра в момент убийства Лага Кхеллеса?

— В такой ранний час? У себя дома. Свидетели — жена, дети. Швейцар, в конце концов. Это должно быть зафиксировано в протоколе.

— Да, я вижу, — Коган отхлебнул едкого, похожего на кофе, синего цвета напитка.

— Ездили потом на осмотр квартиры покойного?

— Да, ездил. Это тоже есть в протоколе.

Коклох иронически улыбнулся. Коган посмотрел на его неприятное серое лицо, испещренное красными прожилками. Это как морщины у людей — признак старости.

— Думаете, радикалы причастны к его смерти?

— Это Вам надо думать, не мне.

— Разве не хотите поскорее найти убийцу коллеги?

— Глупый вопрос, Коган. Конечно, хочу.

— Откуда Вы знаете, что меня зовут Коган? — встрепенулся человек.

— На бейджике написано, — улыбнулся Экинил и пальцем указал на грудной карман костюма Когана.

— А, точно, — с неудовольствием заметил человек. — Вас не учили, что тыкать пальцем нехорошо?

— Скажите, Коган, а Вас не учили, что трогать чужие вещи можно лишь с разрешения владельца? Или на Земле людей не учат вежливости? Вы пришли на нашу планету и пользуетесь нашими благами. Так что ведите себя повежливее.

Коган откинулся на спинку стула.

— Так-так. Вы что-то имеете против людей?

— Я не люблю этих мелких гуманоидов, бесцеремонно колонизировавших нашу планету.

Коклохи в среднем были около двух метров ростом, и Коган не придумал оправдательного аргумента.

— Вообще-то, — продолжил спустя паузу Коган. — Лаг Кхеллес относился к людям по-другому. Экинил, а Вас разве не привлекает должность убитого коллеги? Скорее всего, главным в отделе теперь станете Вы. Чем не мотив для убийства?