Кобыла дернула головой, дико заржала, затопала, затанцевала на тропке, взбивая клубы засохших листьев. Геральт, обхватил шею лошади левой рукой, ладонью же правой, сложив пальцы в Знак Акции, водил над лбом коня, шепча заклинание.

- Даже так плохо? - бормотал он, оглядываясь кругом и не снимая Знака. - Даже так? Спокойно, Плотка, спокойно.

Колдовство сильно подействовало, но теперь лошадь двигалась вяло, нерешительно, утратив естественную упругость хода. Ведьмак мягко соскочил на землю, пошел дальше пешком, ведя лошадь за узду. Увидел стену.

Между стеной и лесом не было промежутка, различимого разрыва. Молодые деревца и кусты можжевельника переплелись листьями с плющом и диким виноградом, уцепившимся за каменную стену. Геральт задрал голову вверх. И в тот же момент почувствовал, как к шее щекоча, поднимая волосы, присасывается и ползет невидимое, мягкое создание. Он знал, что это было.

Кто-то смотрел.

Он повернулся. Осторожно, не спеша. Плотка фыркнула, мышцы на ее шее задергались, заходили под кожей.

На склоне холма, с которого он только что съехал, неподвижно стояла девушка, опершись одной рукой на пень ольхи. Ее белая ниспадающая до земли юбка контрастировала с блестящей чернотой длинных, распущенных волос, ложившихся на плечи. Ему показалось, что она усмехается, но он не был в этом уверен - было слишком далеко.

- Здравствуй, - сказал Геральт, поднимая руку в приветственном жесте. Он сделал шаг в сторону девушки. Та, слегка повернув голову, следила за его движениями. Лицо у нее было бледное, глаза черные и огромные. Усмешка, если это была усмешка, исчезла с ее лица, как стертая тряпкой. Геральт сделал еще один шаг. Зашелестели листья. Девушка сбежала как серна по склону, промелькнула между кустами лещины и стала лишь белой полоской, исчезнувшей в глубине леса. Длинная юбка, кажется, совершенно не стесняла свободы ее движений.