Миссис Сигрев, приветливая женщина, не отличалась здоровьем; Уильям, старший из детей, был умен и весел, его брат Томас, шестилетний мальчик поражал необдуманностью, но казался очень милым ребенком. Их сестре Каролине минуло семь лет, а маленькому здоровяку Альберту еще не было и года; за ним смотрела молодая негритянка, которая явилась в Сидней с мыса Доброй Надежды и отправилась в Англию вместе с семьей Сигрева. Упомянув обо всех бывших на палубе "Великого Океана", упомянем также о двух овчарках м-ра Сигрева и о маленьком терьере капитана Осборна.

Волнение утихло только на четвертый день. Матросы развесили свое промокшее от дождя и брызг платье на канатах, и капитан велел поставить паруса. Дул нежный ветерок, и судно шло со скоростью четырех миль в час. Миссис Сигрев сидела на корме; ее муж и дети были подле нее. К ним скоро подошел и капитан Осборн.

- Ну, мастер Томми, - спросил он, - вы довольны, что буря утихла?

- Мне было все равно, - отозвался Томми, - я только расплескал суп. А вот Юнона как упала со стула, да так и покатилась вместе с маленьким; папа поднял их...

- Слава Богу, что Альберт не убился, - заметила миссис Сигрев.

- Он убился бы, если бы Юнона не думала исключительно о нем, забыв о себе, - заметил Сигрев.

- Правда, правда, - сказал Осборн, - она спасла ребенка, но, кажется, сама ушиблась.

- Да, стукнулась головой, - с улыбкой ответила Юнона.

- Еще хорошо, что у тебя на голове такая густая шерстяная шапка, - со смехом заметил Осборн. - Но, все равно, Юнона, ты славная девушка.

В это время Осборна отозвал Мекинтош.

На палубу выбежали овчарки.

- Сюда, Ромул, сюда. Рем! - позвал их Уиль.

- Вот что, сэр, - спросил Риди, стоявший невдалеке, - позвольте вас спросить, что это за странные имена у ваших собак; я никогда таких не слыхивал. Кто были эти Ромул и Рем?

- Ромул и Рем, - ответил Сигрев, - имена двух братьев-пастухов; в древние времена они основали большой город, Рим, который впоследствии сделался столицей великой империи. Люди эти были первыми царями Рима и правили вместе.