Язык Хапи и его собратьев охватывал немногие области: еду, места, пригодные для жизни, рождение и воспитание потомства… Радужнокрылый народец был прожорлив, плодовит и чрезвычайно любопытен. Надо отметить еще и то, что они обладали на удивление хорошей памятью, и если хоть раз в жизни посещали какое-то место, то дорогу туда помнили до последнего своего вздоха. Это оказалось ценным свойством для Дагмарида: рассказы шустрого Хапи сильно дополнили его знания о мироустройстве.
В ту пору весь мир заключался для Дагмарида в подземельях. Яркие цветущие деревья и чудесные дома, неведомые животные, которых ему случалось видеть на стенах или упаковках с консервированными фруктами и мясом, представлялись юноше тоже находящимися где-то в подземельях, в той их части, куда ему еще не случалось добраться. Он исходил немало минн по коридорам, освещенным искусственными солнцами, в поисках страны, где можно встретить все эти чудеса, но тщетно. Зато он нашел Центр, откуда регулировалась жизнь большого района подземного города, и на стене одной из комнат обнаружил подробный план этого района, что тоже было ценным открытием. Дагмарид стразу понял, что это карта, потому что совсем недавно ему пришла в голову мысль сделать что-то подобное самому, чтобы лучше представлять себе, насколько обширны его владения. И вот теперь он смотрел на деяние чужих рук и испытывал одновременно разочарование и облегчение. Хапи нетерпеливо подрагивал крылышками у него на плече.
– Что ты так долго? – спросил он, и его слова звоном маленьких колокольчиков отдались в мозгу Дагмарида, так как двум существам разных пород логичнее разговаривать мысленно, чем тратить время и силы на изображение звуков, которые они все равно не смогут должным образом воспроизвести.