— Точно, — вздохнув, подтвердила женщина.

Мы с Лаэртом оказались в плену вязкой тягучей атмосфере этого дома. Стояли в прихожей и покорно выслушивали излияния хозяев про крыс в доме и во дворе, про ружье и ветеранство товарища Вана. И судя по тому, как развивались события, нам было не освободиться до завтрашнего утра.

— Хорошо, хорошо. Мы верим. Но, покажите, где у вас тут обитают крысы? — спросил я.

— Пойдемте, — предложила женщина. — Только, извините, у нас не прибрано.

Дом возводился без всякого плана, и получился большим и не складным, с множеством переходов, коридорчиков и темных помещений. Содержать его в порядке пожилым супругам было не по силам. Совсем неудивительно, что его облюбовали крысы.

— Особенно их много здесь, в кладовке. — Привела она нас к дальней полутемной и комнате с деревянными стеллажами на стенах. На стеллажах в беспорядке стояли всевозможные банки и коробки.

— Все продукты нам, паразиты, перегрызли, — сказал за нашей спиной товарищ Ван.

— А были ли у вас они, продукты? — с сомнением в голосе поинтересовался Лаэрт.

— Как же! Конечно, были! Были, и есть! — возмутилась женщина. — Мы их получаем три раза в месяц. А когда мой муж трудился на расчистке старого города, им бесплатно выдавали продукты с уцелевших складов. Да он и сам, бывало, находил много продуктов. Например, отличные довоенные консервы, и они сохранились у нас еще с тех пор. Это потому что крысам не по зубам консервные банки, — заявила она и включила дополнительное освещение.

При свете электрической лампочки, вспыхнувшей на потолке, комната, со свисающей повсюду пышной пыльной бахромой выглядела еще более жалкой, чем прежде. Единственное, что радовало в ней глаз, был относительно чистый пол, покрытый коричневым линолеумом. Испугавшись то ли света, то ли нашего появления несколько крупных заторможенных крыс лениво полезли в нору за кучей пустых жестяных банок.