Тиили очень устала, так как идти приходилось быстро, старик постоянно подгонял ее. Казалось, сам он не знает что такое усталость.

Тропинка круто пошла вверх, и девушке пришлось карабкаться на склон. «Платье, мое чудное платье!» – мысленно горевала она. Это платье сшила ей мама из кусочков кожи. Работа была кропотливая и заняла много времени.

Под платьем на Тиили были надеты длинные широкие штаны. Колючие кусты можжевельника превратили их в клочья.

«Ах, что скажет мама!» – Тиили пыталась заставить себя не плакать.

Тан-гиль впадал в ярость каждый раз, когда бедняжка спотыкалась и падала. Девушка торопливо вскакивала на ноги. Ей совсем не хотелось, чтобы отвратительный старик снова прикасался к ней.

Тиили не думала о сосуде Тан-гиля, она ведь так мало знала обо всем этом.

А Тан-гиль уже успел побывать в заветном месте. Оставалось только совершить последний тридцатидневный ритуал.

Глянув на пленницу, он улыбнулся. Старик был полон ожиданий. Тиили заметила улыбку, мелькнувшую на губах старика.

«Мама! Таргенур! Помогите!»

Наконец, уже в сумерках, отвратительное существо остановилось. Девушка едва дышала от усталости, в горле першило, по лицу текли слезы.

Сквозь слезы девушка разглядела две вершины, что были похожи друг на друга как две капли воды.

«Что за грозные вершины!» – подумалось ей. Да и не удивительно. Ведь она была в таком подавленном настроении. Наступившая темнота, общество отвратительного существа, полная неизвестность, страх…

Раньше ее всегда защищал Таргенур. Но даже он не знал о том, что случилось с Тиили. Не знала и мама Дида.

На небе появились друзья Тиили – звезды.

Но в этот вечер даже звезды казались мертвыми, недоступными. Словно они страшились спутника Тиили.

Тиили чувствовала себя всеми покинутой и страшно одинокой. Кроме того, девушка испытывала животный страх, который чуть не лишал ее рассудка.

Тан-гиль издал некий звук, очень похожий на птичий клекот. Горы бесстрастно повторили его.